Что делать?
22 сентября 2020 г.
Конкуренция — залог развития
23 ЯНВАРЯ 2020, СЕРГЕЙ МАГАРИЛ

Pixbay

Чем спорт отличается от физкультуры? Конкуренцией. Именно она толкает спортсменов на новые рекорды. Тогда почему же молодые люди левых убеждений ратуют за государственную собственность, несовместимую с конкуренцией? Их не убедили сто лет нашей истории? Поможет ли нам возрождение уравниловки, присущей крестьянской общине? Или новая попытка реализовать утопию Маркса – Энгельса – Ленина – Сталина, декларирующая преимущество бюрократического регулирования перед рыночной конкуренцией? Давайте это обсудим.    

Конкуре́нция — соперничество (от лат. concurrere – «сталкиваться», «соперничать»). Конкуренция, наряду с кооперацией, является универсальной формой существования живой материи, механизмом совершенствования ее форм.

В биологии конкуренция – это конфликтные взаимоотношения между организмами одного и того же или разных видов, в ходе которых они соревнуются за ограниченные средства существования и лучшие условия размножения. В частности, животные ожесточенно конкурируют за территорию, которую они охраняют как свои кормовые угодья.

Конкуренция широко распространена в жизни общества. Девушки конкурируют за наиболее видных и перспективных женихов; юноши конкурируют за наиболее красивых, обаятельных и хозяйственных невест.

Судебная система в развитых странах построена как состязательный процесс между истцом и ответчиком, стороной обвинения и стороной защиты.

В рыночной экономике конкуренция – это соперничество субъектов рыночных отношений за лучшие условия и результаты коммерческой деятельности. Банки конкурируют за финансовые ресурсы вкладчиков и за возможность финансирования наиболее прибыльных бизнес-проектов. Фирмы-производители конкурируют за наиболее выгодные рынки сбыта своей продукции. Продавцы конкурируют за платежеспособный спрос массового покупателя, чему весьма способствует реклама.

Эффективная экономическая конкуренция надежно ограничивает рост цен, а также обеспечивает отбор лучших производителей товаров и лучших продавцов на рынке. Однако конкуренция работает на «отбор лучших» только в том случае, когда на рынке присутствует компетентный покупатель, которому невозможно по среднерыночной цене сбыть низкокачественный товар. Если условие «компетентного покупателя» не выполняется, то конкуренция работает на «отбор худших». 

Американский экономист Д. Акерлоф показал это на примере вторичного рынка автомобилей в небольшом городке. Два дилера скупают подержанные автомобили, ремонтируют и затем вновь продают. Добросовестный дилер при необходимости сделает капитальный ремонт двигателя, что потребует немалых затрат. Недобросовестный дилер ограничится сменой разбитых лампочек, заменой помятого крыла и существенно сэкономит на предпродажной подготовке автомобиля. Если при этом оба автомобиля будут проданы по среднерыночной цене, то недобросовестный дилер получит больший доход и сможет купить уже два подержанных автомобиля и т. д. Однако продать небрежно подготовленные машины по рыночной цене можно только некомпетентному покупателю — это важнейшее условие недобросовестной конкуренции. Если подобные продажи будут повторяться регулярно, недобросовестный дилер в конце концов вытеснит с рынка добросовестного дилера. Из этого примера понятно, сколь важно присутствие на рынке компетентного покупателя. На политическом рынке происходит нечто подобное.

Политическая конкуренция – это конкуренция между большими социальными группами за реализацию своих интересов; конкуренция между проектами общенационального будущего и программами его воплощения; конкуренция между группами политически активных граждан и их лидерами за власть, во многом – за объем контролируемых ресурсов. Основа этих процессов — цивилизованная конкуренция больших социальных групп общества за право влиять на формирование законодательства, продвигая в него через политико-правовой/партийно-парламентский процесс свои интересы. 

Альтернатива цивилизованной политической/политико-правовой конкуренции — политическая монополия. Ее длительное существование чревато масштабными социальными конфликтами. Примеры: самодержавие и гражданская оппозиция в России в начале ХХ в.; политическая монополия КПСС и распад СССР в конце ХХ века.

Политическая монополия чрезвычайно опасна для общества, поскольку с неизбежностью порождает монополии во всех других сферах жизни: управлении государством, экономике, идеологии, в доступе к госзаказам, в научной сфере, в образовании, в СМИ.

Политическая монополия позволяет правящему классу вначале поставить под свой контроль суд и правоохранительные органы с их силовым ресурсом. А затем, используя их как средство квазилегитимного насилия, правящая коалиция обеспечивает себе гарантированную «победу» на каждых следующих выборах и, тем самым, свое самовоспроизводство и своих лидеров во власти, а потому и удобный для себя правящий режим. Функционерам нижестоящего уровня политическая монополия позволяет создавать локальные экономические монополии на региональных рынках с целью извлечения сверхприбыли, поскольку население вынуждено оплачивать монопольно высокие цены.

На политическом рынке конкуренция работает точно так же, как и на экономических рынках. И потому так важно создать систему массового политического просвещения, способную обеспечить повышение компетенции электората. В противном случае невозможно обеспечить реальную политическую конкуренцию, а потому – отбор высокоинтеллектуальной, национально ответственной политической элиты и ее продвижение в высшие эшелоны власти. В свою очередь, без этого невозможно обеспечить высокое качество государственного управления. 

Пример тому – массовое голосование за В. Жириновского на первых многопартийных выборах 1993 г., где он выступал под авантюристическими лозунгами: «Начать военный поход Российской армии к берегам Индийского океана!» (мало нам было авантюры Афганской войны?), «Вернуть Польшу в состав России!» (учитывая неоднократные восстания поляков против России за восстановление своей государственной независимости, попытаться вернуть Польшу можно только силой оружия. Полезно помнить, что Вторая мировая война началась именно с нападения нацистской Германии на Польшу).

Основой политической монополии является нерасчлененность, единство власти/собственности в руках правящего класса. Политическая власть дает возможность распоряжаться собственностью, а собственность позволяет удерживать политическую власть. Этот институт возникает в условиях, когда монополизируются функции по управлению обществом; когда власть откровенно передается по наследству (Азербайджан) или в квазиправовой форме (Россия) происходит передача статуса верховного правителя.

Формы монопольных отношений как основы присвоения монопольной ренты многообразны:

– монополизация распределения произведенного обществом продукта (что было характерно для СССР);

– монополизация сферы внешней торговли (характерно для СССР);

– монополизация функций контроля и управления общественным производством (характерно для СССР);

– монопольный (доминирующий) доступ к высокодоходной крупной собственности (характерно для постсоветской России).

Политическая монополия, закрепляя сферу государственного управления за привилегированными группами господства, неизбежно ведет к вырождению качества стратегического государственного управления, стагнации общества и деградации государства, вплоть до распада.

Так, в Российской империи политическая монополия на государственное управление принадлежала аристократии и высшему дворянству. В Советском Союзе – выходцам из внеэлитных слоев общества в лице монопольно правившей КПСС. Исторический результат тождественный – крах государства. Делайте выводы.


Фото: pixabay.com












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Выборы и федерализм в США. Какая связь?
14 СЕНТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
В России есть традиция каждые четыре года высмеивать Коллегию выборщиков – существенный элемент американских выборов. Скоро придет новая волна обсуждения этой темы. Можно не сомневаться, что выскажутся десятки экспертов и мы снова услышим упреки в недемократичности американской избирательной системы. Главный недостаток критики видят в том, что кандидат, получивший большее число голосов на всеобщих выборах, может и не стать победителем. Так было всего пять раз: три раза в 19 веке и два раза в этом.
Наша культура и наша коррупция. Сравним Россию со Швецией
4 СЕНТЯБРЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Сегодня жители всех стран носят европейские одежды. Но по отношению к власти, к своим неотъемлемым правам, по способности отстаивать свои интересымногим далеко до европейцев. Некоторые народы живут в условиях современных феодальных или, как говорят политологи, «естественных» государств, в которых указание начальства важнее закона, выборы — бутафория, а статья конституции, гласящая о том то, что народ есть источник власти, — фикция. В этих странах иные обычаи, иная этика. 
Ухабы на пути к правосудию
27 АВГУСТА 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Дайджест по публикациям СМИ Нужен ли нам справедливый суд? Независимый от президента, министров, полковников и генералов? Большинство россиян ответят: нужен! Впрочем, так скажут далеко не все. У обывателя с совковой культурой всегда теплится надежда, что судебные дрязги его минуют. Он знает, что в России распоряжение начальства важнее закона. Ему нужно, чтобы начальство к нему хорошо относилось, а без независимого суда он и так проживет. Но жизнь наша усложняется. Развитие бизнеса, рынок, глобализация вынуждают россиян уходить от современных феодальных порядков.
О тупике кланового капитализма
24 АВГУСТА 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Протесты в Хабаровске и в Беларуси свидетельствуют, что постсоветские общества переходят на новый этап своего развития. Общества атомизированные, пораженные страхом, сменяются обществами солидарными. И у этих новых обществ, похоже, иные цели. Конечно, это уже не восстановление империи СССР и не противостояние с развитыми странами Запада. Это переход к реальному народовластию, обеспечение неотъемлемых прав граждан, в том числе права на честные выборы. Это наличие независимого и справедливого суда, реальные гарантии прав собственности. И все же важнейшим для многих остается вопрос об уровне их жизни.
Аресты губернаторов и реальность нашего федерализма
17 АВГУСТА 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
Губернатора Хабаровского края Сергея Фургала задержали  восьмого июля.  Сразу же в городе начались протесты  и продолжаются уже более месяца. За что и против чего выступают хабаровчане? Ясно, против задержания Фургала федеральными властями. Но с другой стороны, протестующие фактически защищают один из основных принципов федерализма - разделение властей между субъектами федерации и федеральным центром. 
Клановый российский капитализм. Часть 2
6 АВГУСТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Дайджест публикаций Леонида Косалса Кланы в современной России ведут свое происхождение с советских времен. Тогда неформальные отношения существовали на всех уровнях, снизу доверху, от заводского цеха до Политбюро. Эти многочисленные «тайные общества» были полностью закрыты для посторонних. Если «толкач» с одного завода ехал на другой, чтобы добыть дефицитный металл для простаивающего станка, то информация о том, сколько это стоило, кому именно пришлось оказать услуги или заплатить, не должна была «утекать» посторонним, так как это создавало реальную опасность попасть под пресс государства с лишением партбилета, открытием персонального или уголовного дела и другими репрессиями. Закрытые сообщества исполняли роль своего рода защитного механизма, который помогал человеку выжить в репрессивном государстве.
Клановый российский капитализм. Часть1
4 АВГУСТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Дайджест по публикациям Леонида Косалса   Важнейшая черта нашего общества — «клановое государство», основная функция которого — обеспечение благоприятных условий для крупнейших кланов, создание им преимуществ перед всеми другими участниками политической и экономической жизни. Кланы — это закрытые теневые группы бизнесменов, политиков, бюрократов, работников правоохранительных органов, иногда представителей организованной преступности. Они объединены деловыми интересами и неформальными отношениями. Наличие таких кланов — главное отличие России от стран с конкурентным рынком,  где главную роль играют независимые предприниматели, конкурирующие между собой.
О нашем «естественном государстве»
31 ИЮЛЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
В Хабаровске три недели протестуют граждане. Против чего они протестуют? Против ареста губернатора Сергея Хургала? Или против порядков, допускающих арест избранного народом губернатора по странным обвинениям? Его этапирования в Москву для расправы в «карманном» суде? Если это так, то требование граждан проводить суд присяжных в Хабаровске  — это прелюдия очередной смены правил нашей жизни, или того, что именуется термином «государство». В поправках в Конституцию в ст. 75/1 их авторы записали, что в РФ «создаются условия для взаимного доверия государства и общества». Что они понимают под словом «государство»?
Борьба с коррупцией в Сингапуре. Часть 2
28 ИЮЛЯ 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Сегодня Россия — сырьевой придаток  развитых стран. Высокотехнологичных производств почти не осталось. Но развитие России  остановить даже с помощью репрессий вряд ли удастся. Рано или поздно и наш народ  избавится от  коррумпированной авторитарной власти номенклатуры. Тогда и встанет остро вопрос о назревших реформах, Впрочем, уже сегодня нам полезно знакомиться с опытом  наиболее продвинутых в этом отношении  стран, в частности Сингапура. Об этом идет речь в предлагаемом читателям «Ежедневного журнала» дайджесте по книге премьер-министра Сингапура  Ли Кань Ю. Часть 1. 
ОГЭ, ЕГЭ и другие
27 ИЮЛЯ 2020 // ИОСИФ СКАКОВСКИЙ
Недовольство состоянием школьного образования стало общим местом в современном российском обществе. Недовольны преподаватели и учащиеся, ворчат родители, возмущаются журналисты и деятели культуры. Доволен только чиновник, в руках которого это образование оказалось. Поговорим об одной из причин этого недовольства. С появлением ОГЭ и ЕГЭ, по крайней мере, начиная с 9 класса, школьные уроки в России полностью превращаются в процесс подготовки к этим экзаменам.