Борьба с коррупцией
01 декабря 2020 г.
Мертвые души Роскомнадзора
13 ОКТЯБРЯ 2017, ИГОРЬ ЯКОВЕНКО



Следственный комитет России возбудил уголовное дело о мошенничестве против трех чиновников Роскомнадзора, в том числе пресс-секретаря Вадима Ампелонского, главы аппарата Александра Весельчакова и руководителя правового управления Бориса Едидина.

Про то, что в России воруют, было сказано классиком двести лет назад, так что большой новости здесь нет. 21 век внес уточнения в масштабы, но не в суть процесса. На фоне миллиардов полковника Захарченко те 29 миллионов 187 тысяч рублей, которые, по версии следствия, незаконно были выплачены сотрудникам Роскомнадзора в период с ноября 2012 по февраль 2017, это жалкие крохи, размер которых может свидетельствовать об изумительной скромности и беспримерной честности чиновников главного цензурного ведомства России. Ведь если даже предположить, что все обвинения СКР верны, получается, что каждый из троих крал в месяц в среднем менее двухсот тысяч рублей. Чтобы понять, какую титаническую работу проделал творческий коллектив Роскомнадзора под руководством, в том числе, этих троих бессеребренников, обратимся к фактам и цифрам.

Роскомнадзор заблокировал 152 662 интернет-ресурса. В том числе 13.03.2014 в реестр запрещенной информации были внесены ЕЖ.ru, Каспаров.ru, Грани.ru, а также блог Алексея Навального. Среди жертв Роскомнадзора: социальная сеть Linkedlin, мессенджеры Black Berry Messendger, Imo, Line, аудеовидеочат Vchat и пр. В данный момент труженники Роскомнадзора угрожают заблокировать в России Facebook.

Роскомнадзор – это цензурное ведомство, созданное вопреки статье 29 Конституции РФ, запрещающей цензуру и вопреки статье 3 закона о СМИ, прямо запрещающей «создание и финансирование организаций, учреждений, органов или должностей, в задачи либо функции которых входит осуществление цензуры массовой информации».

Роскомнадзор – это группа людей, цель которых сделать жизнь людей хуже, беднее, скучнее и глупее. Долгая история российской цензуры богата на яркие личности. На одном полюсе утвердился легендарный мракобес Александр Иванович Красовский, любимый герой эпиграмм и сатирических реплик Пушкина, Вяземского, Майкова, которого Аксаков называл «маньяком, одержимым свободобоязнью». На другом полюсе цензурного универсума можно разглядеть Тютчева, который, будучи цензором иностранной литературы, писал, что «нельзя налагать на умы безусловное и слишком продолжительное стеснение и гнет без существенного вреда для всего общественного организма».

Принципиальное отличие современных цензоров из Роскомнадзора от их предшественников в том, что большинство цензоров прошлого верили в то, что они делают важную и нужную для страны работу. Мракобес Красовский верил в то, что русскому человеку вообще не нужно читать и по мере сил стремился приблизить общество к этому своему идеалу. Либерал Тютчев верил в то, что читать непременно нужно, но не все, и поэтому первым познакомил русского читателя с Гейне, а «Манифест Коммунистической партии» на русском запретил, небрежно обронив: «Кому надо, прочтут и на немецком».

Цензоры Роскомнадзора вообще ни во что не верят. Они, в отличие от цензоров прошлого, даже не читают то, что запрещают. Мне пришлось в этом убедиться, участвуя в судебном заседании по иску редакции «ЕЖа». Мы просто пытались выяснить, за что именно нас закрыли. Какая именно из публикаций «Ежедневного журнала» нарушила закон и в чем. Судебное заседание длилось довольно долго, и все это время ни сотрудники Роскомпечати, ни сотрудники прокуратуры не могли объяснить, чем перед законами РФ провинился «ЕЖ». Дело дошло до того, что даже судья, который изначально был на 100% на стороне Роскомнадзора, стал на повышенных тонах требовать от цензоров любого внятного ответа. Правда, так и не дождавшись ответа, иск «ЕЖа» все равно отклонил, и издание так и осталось в списке запрещенных в России…

Суть мошенничества, в котором обвиняют цензоров из Роскомнадзора, в том, что они зачисляли на работу в подведомственный им ФГУП «Главный радиочастотный центр» т.н. «подснежников», зарплату которых получали сами. «Подснежники» – это современное название «мертвых душ». Правы те, кто считает, что лучше Гоголя современную путинскую Россию пока не описал никто. Мертвые души цензоров из Роскомнадзора старательно душат все живое в России. И понемногу подворовывают с помощью все той же бессмертной технологии «мертвых душ».


Фото Натальи Деминой












  • Максим Блант: ...падение акций банков и прочий шум и гам, разгоревшиеся в последние два дня, связан не с подозрительными операциями, а с тем, что все поняли: банки на них стучат.

  • РБК: Речь идет о 189 переводах денежных средств на общую сумму около $760 млн. Поскольку перевод осуществлялся в долларах, в нем принимал участие американский банк-корреспондент. 

  • Диана Михайлова: скорее всего слив организовала сама американская власть. И теперь она получит повод ввести новые органичения в банковской сфере.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Миллиард туда, миллиард сюда. Десять миллионов – на карман
22 СЕНТЯБРЯ 2020 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Международная расследовательская группа «Кассандра», объединяющая больше ста изданий из почти ста стран, обнародовала массив документов финансовой разведки Минфина США о так называемых «сомнительных проводках». Россия там занимает вполне достойное место. Персонажи все известные – Олег Дерипаска, братья Ротенберги, путинский виолончелист Ролдугин, Алишер Усманов, Роман Абрамович. Мелькнула фамилия и советника президента Валентина Юмашева. Но в файлах по Юмашеву сумма какая-то совсем жалкая – шесть миллионов долларов. Неловко даже об этом говорить. А какой влиятельный был когда-то сановник! 
Прямая речь
22 СЕНТЯБРЯ 2020
Максим Блант: ...падение акций банков и прочий шум и гам, разгоревшиеся в последние два дня, связан не с подозрительными операциями, а с тем, что все поняли: банки на них стучат.
В СМИ
22 СЕНТЯБРЯ 2020
РБК: Речь идет о 189 переводах денежных средств на общую сумму около $760 млн. Поскольку перевод осуществлялся в долларах, в нем принимал участие американский банк-корреспондент. 
В блогах
22 СЕНТЯБРЯ 2020
Диана Михайлова: скорее всего слив организовала сама американская власть. И теперь она получит повод ввести новые органичения в банковской сфере.
По делу Ивана Голунова задержали исполнителей
30 ЯНВАРЯ 2020 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В громкой истории журналиста «Медузы» Ивана Голунова, которому в начале лета минувшего года силовики подбросили наркотики, есть одна очевидная и неоспоримая деталь. Сотрудники одного из московских отделов наркоконтроля сфабриковали это дело, сфальсифицировали улики против Голунова не для того, чтобы его шантажировать. Им ничего от него не было нужно — что с журналиста возьмешь? Силовики действовали по прямому указанию руководства. Они, конечно, понимали, что этот парень чем-то сильно насолил большим начальникам, но конкретных подробностей могли и не знать.
Прямая речь
30 ЯНВАРЯ 2020
Николай Сванидзе: Это действительно неожиданное и хорошее решение, так что насмешничать тут не хочется, потому что хотя бы сейчас делается что-то правильное, а не наоборот.
В СМИ
30 ЯНВАРЯ 2020
ИНТЕРФАКС: Следствие попросило Басманный суд арестовать пятерых бывших полицейских, которые участвовали в задержании журналиста Ивана Голунова...
В блогах
30 ЯНВАРЯ 2020
Максим Солюс: вот что путин животворящий делает
Наезд на Nginx – классическая «гнилая предъява» из 90-х
17 ДЕКАБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
16-го декабря Совет директоров Rambler выступил с сенсационным заявлением. Он поручил менеджменту своей компании «попросить» правоохранительные органы прекратить уголовное дело в отношении прав Rambler Group на разработки Nginx. «Господа, — надо думать, ответил изумленный менеджмент, — но это же одни сплошные издержки! Мало того, что силовики, разумеется, не вернут деньги за заказ, так они еще потребуют дополнительную плату за прекращение дела. Дескать, тут вам не частная лавочка! Нам придется объяснять «наверху», чего это мы то открываем уголовное дело, то закрываем. Кроме того, следователи уже начали работать, провели обыски, перелопатели кучу юридических бумаг...» 
Прямая речь
17 ДЕКАБРЯ 2019
Максим Блант: Это жадность и глупость, но в тоже время – часть очевидной тенденции, когда Интернет перестаёт быть «пространством свободы» и всё в нём определяется деньгами или регулирующими органами.