Выборы
23 июня 2018 г.
Как вести себя в условиях трагедии?
23 СЕНТЯБРЯ 2016, СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ

Нажмите на картинку, для того, чтобы закрыть ее

Получилось, собственно, все так, как я и предполагал. В магазине «демократического обслуживания» не нашлось ничего, что понравилось бы избирателю. Кто остался дома, потому что ему ничего не нужно, а кто остался дома, потому что не верит в систему. Я остался дома, чтобы поддержать 60% оставшихся дома.

Хотел идти, но буквально держал себя за волосы, промучившись до семи часов вечера. Однако и тогда, когда все произошло по предвиденной мною схеме, «топящие за выборы» продолжали «топить» за выборы. Был момент, когда умница Игорь Яковенко вроде бы «сдался». В статье, сравнивающей 17 Съезд Победителей с ситуацией выборов 2016 года, он как бы принял для себя феномен «протестного неучастия»:

«Второй слой – латентный протест, скрытый за фасадом единства. Сегодня он в том, что 65% граждан не пришли на выборы (реальная явка была, по данным аналитиков, порядка 35%), а реальная поддержка «Единой России» составила по данным экзит-пула даже сверхлояльного ВЦИОМ (очень вовремя Леваду-центр ликвидировали!) 44,5%. Тогда, 82 года назад, свыше 300 делегатов «съезда победителей» проголосовали против Сталина».

Но уже в следующей статье он вернулся на прежние позиции, снова упрекая «бойкотистов»: «Полагаю, что призывы к бойкоту, обращенные к образованной и мыслящей части населения в дальнейшем могут привести к еще более экзотическим результатам. Остается лишь сожалеть о безвременной кончине Андрея Романовича Чикатило…» Как будто нашему Чикатило не достаточно быть крымнашистом, чтоб быть выбранным, и в первых строчках списка «Единой России».

Нет, я далек от мысли, чтобы придумать стратегию на все времена. На выборах 1989-го, очевидно, НАДО было участвовать. А вот что касается выборов «после 2011 года» — я не уверен. С удовольствием послушал бы аргументы «за», но пока что их состоятельными не нахожу. Да и должен заметить, что те 300 делегатов, которые проголосовали против Сталина на 17 Съезде, были благополучно потом расстреляны. Что стало хорошим уроком романтикам демократического централизма и надолго отучило доверять выборам в условиях деспотии.

Надо учесть еще и то обстоятельство, что сегодня (вернее, еще вчера) повсеместно победила та точка зрения, что политические партии нужны только в моменты голосования — для мобилизации электората. Все остальное же время они могут якобы преспокойно расходиться по домам, тем более что выборные циклы становятся все длиннее, а времени, отведенного на занятия с домашними, становится все больше. Но вот когда подходит время и из Кремля раздается трубный призыв, эти партийцы отставляют в сторону пелёнки и баночки с детским питанием и по команде бегут вешать лапшу на уши избирателям, очевидно думая, что те полные идиоты. Мы, говорят, сейчас все наладим, экономику поднимем до небес, уволим Путина, вернем приватизацию в исходную точку и т.д. Мы, говорят, честные, в отличие от других, которые нечестные.

Но ведь это же ложь! И хорошо, когда с благими намерениями. На самом деле все прекрасно понимают, что никто в России не может сегодня предложить, как «все наладить» в рамках «не трогаем основы». Или хоть как-то поколебать систему нового авторитаризма. А раз не может, то в чем смысл предвыборных обещаний, дебатов и вообще выбора? Что является товаром в магазине демократического обслуживания?

Нет, мне не жаль сходить проголосовать за Касьянова и Явлинского. Дурацкое дело нехитрое. И я думаю, что и тот, и другой в любом случае были бы лучшими премьерами, чем Медведев, а как депутаты могли бы по мере сил ставить барьеры антилиберальным инициативам. Но я, во-первых, не могу поручиться, что эту точку зрения разделит «сосед» — он им ничем не обязан, — и что «сосед» будет настолько наивен, что забудет про неравенство сил в этой, обреченной на неуспех борьбе. И это еще если не брать во внимание, во-вторых, что в ЭВМ, который считает результаты российских выборов, сидит человек, как в первом шахматном автомате.

Отрицание трагичности ситуации, складывающейся вокруг выборной демократии – причем, не только в России, но и во всем мире, — это самообман, никому не идущий на пользу. А ведь ситуация и вне России достаточно поганая. Везде, особенно в слаборазвитых странах, диктаторы научились использовать демократические процедуры и демократическую риторику для того, чтобы неограниченно оставаться у власти и пользоваться государственным карманом, как своим собственным. Легально сместить никого не получается, пока не происходит «Майдан» или, как в Конго, народ дозревает дот того, чтобы пожертвовать десятками жизней. С выборной демократией более-менее хорошо только в США, да и то только потому, что там две приблизительно равновеликие партии, которые могут выставлять альтернативные команды управленцев. Хотя выбор между Трампом и Клинтон и то, как он происходит, кажется предвестником деградации. Как и символизм будущего выбора во Франции – между Ле Пен и условным Саркози, как и в случае с брекситом в Англии. Либо избиратель дорывается до возможности попилить сук, на котором сидит цивилизация, либо процесс оказывается в руках проходимцев.

В России ситуации вообще особая, потому что тут деградировать нечему. Нет ни малейшего опыта демократической сменяемости начальства. В культуре народа не заложен код «демократического выбора», скорее заложен код «царь и холопы», «Сталин и будущие арестованные». «Уровень свободы высказывания в сегодняшней России беспрецедентно высок, а, возможно, и уникален», — умильно сообщает В. Милитарев почти в то же день, когда Антону Носику прокурор попросил два года реального срока за пост в «Живом журнале». «Чудак» Ольшанский пописывает статейки в стиле «Жить стало лучше, жить стало веселее»: «Если бы русские люди в 1918, 1919, да и еще много в каких годах двадцатого века узнали, что в начале следующего столетия в России будет минимум шестнадцать лет спокойствия и тишины, будут долгие годы без голода, эпидемий, террора, вообще без смертной казни, без войн, касающихся большинства гражданских лиц, долгие годы сравнительной сытости с хлебом и мясом в каждой лавке везде и в любое время, со свободой мнений и лишь небольшими ее, свободы, ограничениями... Они бы сказали: гнать взашей такую интеллигенцию». Ольшанский имеет в виду протестующую интеллигенцию. Изображают идиотов или действительно идиоты?

«Так что же ты предлагаешь, перейти на нелегальное положение?» – снова спрашивает меня Кирилл Мартынов, он тоже «топил» за выборы, хотя на страницах газеты, где он трудится, удивительно вовремя было опубликовано пророческое воспоминание о будущем Сарнова «Страх» — прям как про наш сегодняшний день!

Ну, нелегальность, конечно, никому не нужна, она не комфортна, мы отвыкли от нее за последние четверть века, но как ее избежать, если «СистемаРФ» будет продолжать наступать на человека, сужая пространство свободы? Уже сегодня вы становитесь нелегалом, читая «Грани» и «ЕЖ», завтра вы станете нелегалом, не перекрестившись на образ небесного покровителя Следственного комитета и Национальной гвардии. Увы, боюсь, никуда не деться от лобового столкновения с дискредитировавшей себя «Системой РФ». Надо предлагать другую и строить ее рядом.

Фото: Александр Рюмин/ТАСС












  • Дмитрий Орешкин: Проблема тут не в том, кто лучше и какие там праймериз, а в том, что эти выборы не «политические», а «хозяйственные».

  • "Коммерсанет": Илья Яшин ... отметил, что готов к переговорам в любом составе, и предложил Дмитрию Гудкову принять решение об организации праймериз до 30 мая.

  • Константин Янкаускас: Невозможно победить или показать высокий результат на "больших выборах", если ты не можешь выиграть "маленькие" предварительные выборы среди своих сторонников.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
В Москве не будет единого кандидата в мэры от оппозиции
29 МАЯ 2018 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В минувший понедельник случилось сразу несколько событий, имеющих прямое отношение к предстоящим в сентябре выборам столичного градоначальника. Во-первых, Левада-Центр опубликовал исследование, согласно которому популярность Сергея Собянина в Москве за последний год существенно выросла, а рейтинг его возможных конкурентов балансирует внутри статистической погрешности. Во-вторых, обменялись посланиями двое кандидатов на высокий пост от оппозиции — Илья Яшин и Дмитрий Гудков. Яшин обнародовал видеоролик, в котором «в последний раз» призывает Гудкова согласиться на проведение праймериз, а тот ему ответил на своей странице в фейсбуке...
Прямая речь
29 МАЯ 2018
Дмитрий Орешкин: Проблема тут не в том, кто лучше и какие там праймериз, а в том, что эти выборы не «политические», а «хозяйственные».
В СМИ
29 МАЯ 2018
"Коммерсанет": Илья Яшин ... отметил, что готов к переговорам в любом составе, и предложил Дмитрию Гудкову принять решение об организации праймериз до 30 мая.
В блогах
29 МАЯ 2018
Константин Янкаускас: Невозможно победить или показать высокий результат на "больших выборах", если ты не можешь выиграть "маленькие" предварительные выборы среди своих сторонников.
Бессильный мэр или сильная мэрионетка?
4 АПРЕЛЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Депутаты Заксобрания Свердловской области отменили выборы главы Екатеринбурга, приняв поправки губернатора Евгения Куйвашева в закон «Об избрании органов местного самоуправления». Теперь в сентябре жители уральской столицы не будут выбирать мэра. За них это сделают депутаты городской Думы. Но и у них по новому закону выбор будет ограничен. Реальный выбор главы Екатеринбурга будут делать члены некоей конкурсной комиссии, которая на 50% состоит из представителей губернатора и на 50% из представителей гордумы. То есть центр принятия решения о том, кто будет главой Екатеринбурга, перемещается в кабинет губернатора области и далее уходит вверх по вертикали власти.
Прямая речь
4 АПРЕЛЯ 2018
Леонид Гозман: При действующем политическим режиме и президенте добиться выборов мэра в Екатеринбурге нельзя. Из этого не следует, что протесты бессмысленны.
В СМИ
4 АПРЕЛЯ 2018
ZNAK.com: За Ройзманом останется право выбора времени и площадки для публичных слушаний — и он постарается сделать так, чтобы вовлечь в них побольше участников...
В блогах
4 АПРЕЛЯ 2018
Леонид Волков: Ройзман читает со сцены стихи. Екатеринбург удивительный все же город.
Есть только две стратегии поведения: уезжать или сопротивляться
19 МАРТА 2018 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Положительный итог мероприятия по переназначению Владимира Путина на высший государственный пост страны — наступившая кристальная ясность: Путин по собственной воле от власти в России не откажется. Никогда, до самой смерти. Он, конечно, человек могущественный, но такой опции — передав штурвал, уйти на покой — в чемоданчике его возможностей нет. Сколько бы он в нем ни рылся… Зато других, сулящих нам неисчислимые беды и страдания, там сколько угодно. Веревкой тот чемодан нужно перевязывать, чтобы эти его возможности по созданию проблем подведомственному населению и окружающему это население миру не вываливались наружу...
Прямая речь
19 МАРТА 2018
Андрей Колесников: Пока что рано говорить, какие модели преемничества или ухода Путин пытается сформулировать. Это дело второй половины срока.